Category: птицы

Category was added automatically. Read all entries about "птицы".

взгляд

Тарьей Весос «Птицы»

ВесосУязвимость. Беззащитность. Бессилие.
Жить будто бы без кожи. Каждое слово, каждый чужой взгляд будто бы стрелы, ранят, причиняют боль. Каждый шаг приходится делать осторожно. Никогда не знаешь, как можно себя вести, а как нельзя. Вглядываешься в чужие лица, мучительно пытаясь угадать, чего от тебя ждут, о чем они думают, поняли они уже… или еще нет… что ты…
не такой, как все.

Собственная неполноценность (умственная и физическая) чувствуется гораздо острее, когда окружающие люди отводят глаза, когда избегают говорить какие-то слова, когда разочаровываются в тебе, когда читаешь на чужих лицах снисхождение и жалость. И острое чувство стыда, горечи, обиды обжигает и сжимает. Норвежский писатель Тарьей Весос поведал историю человека, который мечтает об одном – говорить с другими так, будто он такой же как они.Collapse )
страницы

Наринэ Абгарян «С неба упали три яблока»

АбгарянДаже если не смотреть на книжную полку, я знаю, что она стоит там. Тонкая, хрупкая, в бежево-коричневых тонах, с терракотовым заголовком и фигурой высокой женщины-идола на обложке.
Даже если не открывать оглавление, я помню, что в ней. Один роман и пять рассказов. Три яблока и пять птиц. Эти рассказы похожи на птиц. Синица в руке, журавль в небе, лебедь без пары, ястреб с подбитым крылом, стремительная ласточка…
А если закрыть глаза и попробовать представить содержание этой книги, ее героев, сюжет, полет рассказов-птиц, я отчего-то не вижу слов, букв, персонажей, я вижу цвета, пейзажи, старые фотографии, карты дорог, неровные гребни гор, я чувствую запахи и слышу звуки. Будто бы я не прочитала эту книгу, а прожила. И вспоминаю не художественные произведения, а собственное прошлое. И будто бы я и есть – тот, кто видел, кто рассказал и кто слушал…Collapse )
осень

будничное

***
Сегодня ровно две недели, как в нашем доме отключили лифт. А я, напоминаю, живу на 10 этаже. На десятом, Карл! И как бы я не убеждала саму себя о пользе ежедневных и неоднократных подъемов, а каждый раз вхожу в квартиру на последнем дыхании. Ну, в самом деле, я же комнатное растение - книжки там читаю, кино смотрю, вышиваю. Я и спорт - это две бесконечно далекие вселенные. Хочу лифт.
Лифт, я скучаю по тебе, возвращайся скорее.

***
Ко мне в гости приехал двоюродный брат, и поэтому последнюю неделю я практически ничего не пишу. Пытаюсь организовать для ребенка интенсивный отдых. И знаете, для такой антиспортивной особы как я, довольно полезно оторваться от компьютера. От книжки меня, оторвать гораздо сложнее)) Хотя, и на книжки времени значительно меньше.
Две части КиноИюня и 6 рецензий ждут своего часа)
Collapse )
фундук

Скворец по имени Генрих

Прежде чем начать эту историю, мне нужно рассказать вам некоторые обстоятельства моего хобби (как это называют обычные люди), т.е. того, как я читаю. Кстати, даже странно называть любовь к книгам «хобби», все-таки я, как и Даниэль Пеннак, считаю, что чтение – это образ жизни. Но не буду уходить в сторону с пустыми разговорами, речь совсем не об этом, а о скворце по имени Генрих. Итак.
Collapse )
нейтрально

Ежи Косински "Раскрашенная птица"

Читать книгу Раскрашенная птица Очень трудно описать свои эмоции после прочтения этой книги… Я никогда не читала ничего подобного. И сейчас с трудом переосмысливаю прочитанное. Не потому что это сложно, трудно и т. п., а потому что это страшно. Я понимаю, что по поводу сюжета смогу высказаться только общими фразами, потому что не хватит духу пересказать прочитанное. И я точно не представляю, как об этом можно написать.

Читая книги о войне, о геноциде, холокосте порой думаешь – вот он предел жестокости и изуверства, кажется, ничего страшнее не может быть. Смотря телевизор, читая газеты, мы видим разнообразие и изощренность поступков таких моральных уродов, и, кажется, уже нас ничего не может удивить. Но, читая эту книгу, я поняла, что совсем не знаю этого предела, и жестокости человека нет какого либо разумного объяснения и оправдания.

Привычно видеть войну глазами солдата, глазами женщины, глазами матери, еврея, шпиона, партизана, работника тыла, пленного, дезертира, сироты в детдоме, сына полка. Но в этом романе мы увидим войну глазами шестилетнего ребенка-еврея, который скитается по деревням Польши. И окажется, что ужасы и зверства необязательно совершает солдат, а простые «мирные» жители. Это настолько жестоко, бесчеловечно, бессмысленно, страшно, что порой нет сил читать дальше. И абсурд ситуации в том, что многое из описанных зверств совершается не из-за войны, или вследствие ее, а из-за природной жестокости, ограниченности и необразованности людей. Темные волосы, карие глаза среди голубоглазых и светловолосых – это подписанный смертный приговор. Это значит что такой человек, даже если это шестилетний мальчик, зло, это демон, в котором сидят черные силы. Его глаза сглазят все, на что он посмотрит, его волосы привлекут беду в дом, молнию, хвори и болезни. А значит нужно избить его посильнее, приковать покрепче, отдать на съедение волкодаву, скинуть в прорубь, отвезти и сдать немцам…

Ребенок не понимающий, что такое смерть и зло, превращается в загнанного и забитого. Но не в зверя, а в птицу. У Косински эта мысль, о птицах проходит через весь роман. Трупы, калеки, женщины – череда образов и сравнений с птицами. Когда я выписала вчера цитату из произведения о раскрашенной птице, я еще не знала насколько она значима. После прочтения становится ясно, что этот мальчик был такой раскрашенной птицей. Ведь, по сути, мы все внутри одинаково серые, а снаружи нас как будто кто-то раскрасил: нарисовал рыжие, медные, черные, пшеничные, платиновые, каштановые, ореховые волосы. Раскрасил наши глаза зеленым и голубым, серым и карим. Раскрасил нашу кожу, от молочно белого до иссиня черного. И каждый, из нас попадая в стаю с другими цветами, будет такой вот «белой вороной». И не смотря на то что, птица пытается объяснить, что она такая же, стая заклюёт и забьет ее на смерть. Ограниченность и тупость этих людей просто поражает. Человек заслуживает смерти просто из-за цвета волос и глаз, разве это не абсурд?

Размышляя над этим произведением, я задумалась. Может быть, холокост и геноцид Второй Мировой войны являются следствием преобладания таких взглядов в обществе, а не из-за амбициозности одного человека, кризиса демократии и популярности диктаторских режимов? Это ограниченность всего общества в целом. Расизм в крови. Не знаю. Наверное, причин гораздо больше, чем мы думаем, и все они в совокупности привели к этой войне.

На самом деле, я не люблю читать о войне, геноциде, расизме и проч. Не люблю, потому что не могу этого изменить, вернуть и переделать историю. И очень редко их читаю. Это произведение я точно никогда не забуду.

Критики, как ни странно даже нет толком. Библиотеки и журналы ограничиваются аннотацией и указанием престижной премии. В блогах и на форумах людей хватает только на «жесть» и «ужас». Так что ссылок сегодня нет.