?

Log in

No account? Create an account

Entries by category: еда

Глава 4. Дождь.

Она стояла на крыльце какого-то офисного здания и ждала, когда закончится дождь. С неба плотной стеной обрушивались потоки воды, столь яростно и неистово, что никакой зонт её бы не спас. Тем более, зонта у неё было. «Ах, как же классно!!!» думала она, закрывая от удовольствия глаза. Когда шел дождь, она была абсолютно и безусловно счастлива.

Наверху Ангел гордо взирал на дело своих рук. Дождь был моральной компенсацией за недавнее происшествие с лифтом.Read more...Collapse )

1. Список желаний.

«Чего я хочу? Ну, чего я хочу… Похудеть хочу. Новое платье хочу. Какой-нибудь антрацит, или янтарное с белым. Туфли новые хочу. Красные на шпильке, и чтобы тонкий ремешок на щиколотке. Хочу по утрам встречать рассвет с чашкой кофе. Хочу больше свободного времени и поменьше работы…». Она задумчиво смотрела в окно и сосредоточенно пыталась вспомнить свои желания. Пока в голову лезла всякая чушь про тряпки и рассветы.Read more...Collapse )
Гилберт Кулинарная книгаКогда меня накрывает желание писать, я открываю специальный файл со списком прочитанного и, в зависимости от состояния/настроения, выбираю к чему душа лежит. Количество позиций в списке варьируется, а на сегодняшний день так вообще зашкаливает. Биография из серии ЖЗЛ, non-fiction об истории моды, мемуары и письма филолога, воспоминания историка, бывшего узника ГУЛАГа,  современная проза от американского писателя боснийского происхождения и российской писательницы армянского происхождения, британская классика начала ХХ века, а еще детектив и кулинарная книга. Раньше меня бы накрыла паника оттого, что столько не успеваю, но сейчас я совершенно спокойна. Ведь это мое хобби, я же все равно не перестану писать, так что никуда от меня мои прочитанные книги не денутся))) А сегодня я расскажу о кулинарной книге. Ну как, расскажу… Попробую))) Я и кулинарная книга – это оксюморон, господа))Read more...Collapse )

во вне

27892829_385646558528862_2079510434716581888_n
Наверное, я не права… Наверное, давно пора… Пора бы уже повзрослеть. Перестать как ребенок верить, что все зависит от тебя. Что можно самой что-то изменить, если говорить правду и в лицо, если раскрыть ладони и показать себя… Во всей долбанной красе. Со всеми слабостями, страхами, глупостями, с маниакальной привязанностью, неумением видеть свои и чужие границы… Давно пора. Пора перестать путать эти берега. Мне кажется я близко, а оказывается бесконечно далека. Мне кажется, я далеко, а оказывается ближе некуда. Пора бы уже перестать вешать на себя убийство Кеннеди. Есть вину ложками, давиться ею и отрицать… Пора. Перестать ждать (чего? или кого?). Не хочу себя посвящать. Делить себя на части. Отрезать от себя кого-то, сдирать мысли, как сдирают кожу… Не хочу жить ни в какие «во имя». Не хочу путать своё и чужое. Не хочу больше "я без тебя". Пусть останется лаконичное "я". Разве этого недостаточно?

Три мгновения.

Холодный летний день. Солнце то появляется, то исчезает, порывистый ветер в лицо. Я иду по давно забытой дороге – березовая аллея, повернуть направо, перейти трамвайный рельсы, не забыть вытащить наушники (один раз меня чуть не сбил трамвай!), пешеходный переход, еще один, неожиданно шумный перекресток, и вот – широкая, почти прямая аллея. Я до сих пор не могу поверить. Я в Омске. Я в Амуре. Я иду по своей улице… Я здесь.

Чисто технически я в Омске 19 дней. Фактически три мгновения.Read more...Collapse )
ВимшнайдерНа самом деле, я не люблю конфликты, не умею ругаться, и для меня злость – чувство разрушительное и отравляющее жизнь. Но когда я читала эту книгу, всё во мне бунтовало! И мне хотелось сокрушить всё и вся, хотелось выкрикивать злые и обидные слова тому священнику, который издевался над маленькой сиротой, хотелось бить кулаками в грудь того отца, который взвалил на плечи восьмилетней девочки хозяйство на большой ферме и заботу за остальными восьмерыми детьми, хотелось хлестать по щекам свекровь, которая издевалась и унижала молодую Анну, осыпала проклятьями и заставляла беременную девушку, на восьмом месяце (!) пахать в поле, как настоящему мужчине. Я не злой человек, но я не могла спокойно читать о том, как кто-то издевается, унижает и физически уничтожает другого человека. Я переполнена злостью. И да, в который раз я понимаю, какая пропасть лежит между моим поколением и тем, что относится к нашим прадедушкам и прабабушкам. Покорность и смирение, вера и терпимость. Безграничные, беззаветные, бесконечные. Кто бы так смог теперь?Read more...Collapse )
Шальтянис Взрослые имеют дурную привычку жаловаться на жизнь, но вспомнили бы они себя в школе! Да не просто в школе, а в средних классах! Вот когда проблем выше крыши! Андрюс Шатас – настоящий литовский пионер! Тот самый, который всем пример. Ему 13 лет и он «выращивал кроликов и кукурузу, сочинял стихи, занимался боксом, рисовал, бинтовал поломанные ноги в Обществе Красного Креста и Красного Полумесяца», и всюду его избирали руководителем, даже в атеистическом кружке. Но даже Андрюс не в силах справиться со всеми свалившимися на его голову бедами. То противная соседка Люка подсунула ему в портфель дохлую крысу, то он пропустил настоящий пожар у вредных Каминскасов, потому что ему вырезали лопнувший аппендицит, то  его дед пришел в школу выгонять всех крыс и привязав к хвосту одной крысы шпагат, начал подпаливать ее зажженной бумагой и бегать за ней по всей школе, то злобный Коротыш хотел отрезать ему ухо, то его родители Элите и Антанас вздумали разводиться. Но Андрюс не унывает и в обиду себя не дает.

«В начале нашей холостяцкой жизни, когда вспыхивали еще споры и разгорался священный огонь домашних распрей, меня тащили за руки и за ноги во все стороны, и тогда я говорил Элите и Антанасу Шатасам:
- Сами… сами разбирайтесь, мои дорогие… Я еще, слава богу, несовершеннолетний…»
Read more...Collapse )
Если попытаться сформулировать в нескольких предложениях стиль Елинек получится примерно следующее – «у меня нет конфеты. Чтобы быть счастливой мне нужно получить конфету. У меня нет конфеты. Поэтому я не счастлива». Елинек пишет просто потрясающе… чудовищно. Ее стиль – я никогда не встречала ничего подобного. Сначала у меня возникали ассоциации с Коэльо, Гилберт, какой-то популярной беллетристикой. Причем самой низкопробной беллетристикой. Но это совершенно другое. Это какая-то самобытная манера, какой-то литературный минимализм. Отталкивающий, поражающий, непостижимый своей примитивностью. Елинек удивляет, раздражает и даже в какие-то моменты вызывает отторжение. Она пишет язвительно, буквально, ее слова пропитаны ядом, и даже это слово не совсем подходит. Кое чем похуже… кажется что книгу написал человек который низложил все ценности этого гадкого, испорченного мира и хочет открыть глаза нам. Любовь у Елинек выступает чем-то вроде изощренного типа самоубийства. Героев Елинек наполняет ненависть, они иссушены, истончены, выжжены изнутри этим чувством. Нет, они не сразу становятся такими, но в этом им здорово помогают окружающие. Жизнь это наказание, просто замкнутый круг. «В будущем они станут дополнять друг друга, к примеру, Эрих будет бить Паулу, а она – сносить побои, или Эрих заболеет, а Паула будет за ним ухаживать, или они вместе будут пилить дрова, или Паула будет готовить, а Эрих – есть». Вот оно светлое будущее.
Read more...Collapse )