NeoSonus (neosonus) wrote,
NeoSonus
neosonus

Элизабет Боуэн «Смерть сердца»

БоуэнСердце умирает не сразу.
Сначала появляются царапины. Тонкие, глубокие, ощутимые. Насмешки. Обесценивание. Скрытое оскорбление. Сарказм. Вроде бы комплимент и вроде бы издевательство. На эти царапины можно закрыть глаза, не обращать внимания. Сделать вид, что это же комплимент/шутка/мелочь.
Подумаешь царапины.
Потом появляются открытые раны. Оскорбления прямым текстом. То окатит ледяной водой равнодушия, то обжигает огнем злости. Молчание. Отчуждение. Осуждение. Вот это уже по-настоящему больно. Вот это уже невозможно игнорировать.
Процессы некроза запущены. Омертвение души. Прах надежд. Смерть сердца уже дело времени. Осталось дождаться.

Чудесная и замечательная Анастасия Завозова, переводчица романа, написала в предисловии о том, что свойственно британской литературе в целом и творчеству Элизабет Боуэн в частности «точность описаний, сухая и едкая ирония, препарирование самых глубинных человеческих чувств при помощи обманчиво простых слов, поэтическое внимание к пейзажу и хирургическое – к деталям». И вот мне бы хотелось вывести эти слова на форзаце, вставить эпиграфом, написать на стикере и продавать в магазине с маленькой яркой этикеткой. Потому что – в самую точку, от первого до последнего слова о Боуэн. Это предисловие вообще помогло настроиться на нужный лад, проникнуться историей, увидеть контекст, понять, как писательница видела своих героев, о чем она хотела рассказать и что считала заглавным. Я влюбилась в эту книгу уже на предисловии. «Читателю предлагается понять, почему умирает сердце у каждого человека, появляющегося на его страницах».

 Юная Порция рано осталась сиротой, она поселилась у своего старшего сводного брата на время, на год. Роскошный дом стоит рядом с парком, большой, величественный и пустой. Пустой не буквально, но по ощущениям. Мир Порции составляет ее брат, Томас, замкнутый и отстраненный, но единственно близкий родственник. Его жена Анна, холодная и отталкивающая, с каждым днем все более чужая и отстраненная. А еще Эдди. Легкомысленный, непостоянный, ненадежный, но единственный кто ее замечает, кому интересны мысли Порции, единственный, кому она доверила свое сердце.

Сюжетная линия Эдди-Порция представляла для меня особый интерес. Первое, что бросилось в глаза – возраст. Ей 16, ему 23. Помните, Онегина? Татьяне было 16 лет, когда она писала свое письмо, Онегину было 23, когда ему пришлось столкнуться с чувствами влюбленной Татьяны. И я невольно сравнивала эти две пары. Какая пропасть между ними! И речь даже не в стране, менталитете, эпохе. Порция действительно еще ребенок, ее чувства – именно, что влюбленность. Восторженность юного существа, где наивность безбрежна и вызывает скорее сочувствие, жалость, чем сопереживание. Чувства Татьяны более глубокие, сильные, серьезные. Она так же искренна, как и Порция, но за силой ее слов, угадывается прочный стержень, уверенность в том, что она переживет безответные чувства. Порция же настолько хрупкая, юная, слабая, что отказ Эдди разбивает ее сердце в дребезги. Сердце Порции не умирает, оно разбивается на сотни осколков…

И какой контраст между Онегиным и Эдди! Онегин – светский лев, успевший набраться опыта в Европе, производит впечатление гораздо старше своих 23. Он более зрелый, серьезный, он адекватно понимает, что не в состоянии ответить на чувства восторженной девушки и прямо говорит ей об этом. Эдди – скользкая рыба.  «Все его до автоматизма отработанные приемы в обращении с другими людьми (ласковые словечки, улыбки в пару чужим улыбкам, значительные-многозначительные взгляды) на самом деле были его броней, защитой того, что он считал неприкосновенным». Он сам остается ребенком, потому что не хочет брать на себя ответственность, не хочет думать о завтрашнем дне. Он умеет только брать, но не давать. Инфантильность зеленого юнца. Поверхностного, трусливого, мстительного и скользкого. При том, что он не способен на какие-либо отношения по определению и на то есть свои причины. «Стоило Эдди упасть в очередные, как ему казалось, приветливые объятья, как им самым нелепым образом начинали помыкать – и объятья делались ему невыносимы». Эдди играет с Порцией, как с милым котенком. Инфантильность этой пары поразительна. Какие 16? Какие 23? Сущие дети.

Я готова говорить об этой книге часами. Это наполненная чаша, из которой можно пить и не достичь дна никогда. Она обманчиво проста. Обманчиво очевидна. Все слишком просто на первый взгляд, и где-то даже банально. Обычное разочарование юности. Обычная мужская ложь. Но все это только на первый взгляд, оттого так трудно оторваться от этой картины, расстаться с героями, не обращать внимания на подтекст. Эта история завораживает и гипнотизирует. В ее героях тотчас узнаются знакомцы, близкие люди, свои истории. И поэтому тоже трудно пройти мимо…

«Он ненавидел Анну – по мере собственных сил, разумеется, потому что вечно читал в ее глазах: «И что дальше?» Сам он никакого «дальше» не видел, только одно бесконечное Сейчас».

Сердце умирает тогда, когда боль, причиненная нам, оказывается слишком сильной. Но чувства продолжают жить даже в мертвом сердце. И ровно в тот момент, когда мы даем им шанс, мы способны воскреснуть.
«И едва мы, сами того не осознавая, что-то чувствуем, мы начинаем жить».
Tags: книжная полка
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments