?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

РомановаПеремены в жизни, даже (тем более) к худшему, нужны нам для движения вперед. Невозможно научиться чему-то новому, невозможно развиваться, понять пределы своих возможностей или их отсутствие, без опыта. Но чтобы понять эту простую и очевидную истину нужна мудрость. Потому что сложно посмотреть на собственные ошибки, на свою боль, на конкретные потери отстраненно. Сложно воспринимать страдания как урок, еще сложнее уйти от бесплодных обвинений (судьбы, себя, государства, кого угодно) в том, что так вышло и принять. И если для кого-то инструменты принятия дает религия, для меня примером такой мудрости являются истории и судьбы таких неординарных людей, как великая княгиня Мария Павловна. Принять удары и потери, но не сломаться. Испытать великий страх и великое горе, но не замкнуться, не прятаться, не жаловаться, начинать жизнь заново и с достоинством говорить о своей боли, прекрасно понимая, что не все могут понять и простить.  Не бояться рассказать, не опасаться осуждения, принимать свою жизнь такой, какой она была, и считать каждый удар уроком. На это способны единицы, и она одна из них.

Мария Павловна двоюродная сестра Николая II. Для своего венценосного брата она была как дочь, сказывалась разница в возрасте (22 года) и тот факт, что мать Марии Павловны, греческая принцесса Александра, умерла, когда той было всего полтора года, при родах. Оставшись без матери с убитым горем отцом, маленьким братом… вся семья отныне относилась к Марии и Дмитрию с любовью и заботой, их опекали и лелеяли. И пусть эта опека была порой преувеличенной, но отношение (императора, его жены, вдовствующей императрицы, многочисленных родственников) было особенным. Этих детей любили. Это не значит, что их чересчур баловали, ведь требовалось вырастить покорных и послушных своей стране Романовых, они были примером, будущим и с самого детства должны были проникнуться важностью своей миссии – служить интересам России. Маленькая девочка, полугречанка, полурусская, не говорившая на русском языке до 8 лет, выросшая в строгих рамках придворного церемониала, грезила о другой жизни – такой, где она сможет действовать, где она поймет эту жизнь как она есть, где она будет полезна и сможет предложить миру что-то свое. И никто не знал, что эти наивные детские мечты будут раздавлены жестокостью Первой Мировой войны, революциями, бегством, эмиграцией, попытками жить и выживать. Хотя здесь-то и кроется самое важное – жизнь была разрушена, родственники мертвы, финансовый крах, оторванность и утрата детей, но мечты… Они исполнились. Благодаря или вопреки, так сразу и не скажешь.

Я читала не мало биографий сильных женщин и совсем мало подобных автобиографий, мемуаров. И каждый раз меня поражала жизненная сила таких женщин, их воля к жизни и уверенность в завтрашнем дне. И пожалуй, с этой точки зрения Марию Романову трудно причислить к таким сильным личностям. Нет, скорее она стала сильной вынужденно, под влиянием и давлением обстоятельств и страшной судьбы, она так часто боялась, сомневалась, не знала, как ей поступить. Но меня восхищает в ней то самое принятие своей судьбы. Ведь для этого мало просто мужества, нужна именно мудрость, сила духа, чтобы рассказать о своей судьбе без тени упрека, без обиды и боли… А причин испытывать их у нее было более чем достаточно. Смерть младшего сына как минимум.

Не так давно, я случайно натолкнулась на одну старую статью по психологии и меня зацепила одна мысль. Смысл был в том, что невозможно сразу относиться философски к собственному негативному опыту, невозможно без должной подготовки принимать худший вариант действительности, продолжать при этом чувствовать интерес к жизни, испытывать вдохновение и энтузиазм, не сомневаясь в своих силах. Чтобы дойти до этого уровня, к нему нужно прийти, и каждый должен проделать этот путь самостоятельно, абсолютно никто не способен помочь в этом, кроме самого человека. И я подумала – да, я понимаю это, но, что если не получается? Что если не хватит сил? Знаний? Мудрости? Что если человек по определению не способен одолеть этот путь, потому что он отказывается принимать иное положение вещей?
Я нашла ответы, когда дочитала эту книгу.