?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

ШпигельманНикогда. Никогда в жизни я сама бы не купила эту книгу. Даже не смотря на интригующее «Единственный комикс – лауреат Пулитцеровской премии». Комикс? Ох, не воспринимаю я графические романы как полноценную литературу. Не могу я относиться серьезно к очевидному продукту коммерческой массовой культуры. Нет, я не противница таковой, и поглощаю эти самые продукты в больших количествах, но всему есть предел. Комикс о холокосте – это даже звучит абсурдно.
А потом я получаю на День Рождения этот совершенно удивительный подарок. Книгу с черным переплетом и красной обложкой, кошачьей свастикой и глазами бусинками. Совершенно чужое и незнакомое имя, совершенно не известная для меня история. Я открываю первые страницы и вижу черно-белые картинки, евреев-мышей, немцев-кошек, американцев-собак… Я не замечаю, как в считанные минуты погружаюсь в чтение с головой, и вот уже ловлю себя на том, что передо мной что-то необыкновенное! Что-то очень важное и нужное.
Влад, если ты читаешь мой жж, спасибо тебе огромное за этот подарок!

История войны от первого лица. Арт Шпигельман записывал рассказы своего отца Владека – польского еврея, спустя несколько лет после смерти матери, спустя десятки лет, после того как его родители выжили в Освенциме. В мирное время, безо всякой угрозы жизни, в благополучной Америке, в маленьком домике в Риго-парке, он записывал ужасы войны, истребление евреев, налаженную работу концентрационных лагерей. Он писал на полу или на столе, пока отец, сильно сдавший после самоубийства жены, раскладывал свои таблетки, крутил педали на велотренажере, шел в банк, или гулял «для здоровья». Иногда Владек вытирал слезы, однажды схватился за сердце, и каждый раз повторял, что всю жизнь он стремился забыть обо всем. Да только это оказалось невозможным…

Пока я читала «Мауса» меня неотступно преследовало ощущение документальной хроники. А когда я время от времени возвращалась к отложенной Улицкой, которую я начала читать еще до «Мауса», это впечатление только усилилось. Разительный контраст между художественной прозой и такой вот «графической», было настолько ярким, настолько бросающимся в глаза, что после «Мауса» мне было сложно вернуться к гладкой и выверенной, аккуратной прозе Улицкой. И там, и там о евреях, об акциях нацистов, об убийствах, страхе, уничтожении. Но отчего-то Шпигельман кажется более искренним и честным, история главного героя более настоящей и живой. И конечно, я в корне не права. Ни в коем случае нельзя сравнивать художественную прозу и графический роман, комикс. Но из-за одной темы, из-за одновременного чтения, я постоянно сравнивала, и как ни странно, комикс понравился мне гораздо больше.

Выходить за пределы собственного читательского опыта всегда не просто, а для меня это ко всему прочему большая редкость. Я все меньше и меньше испытываю желание познакомиться с классиками фантастики, я все больше убеждаюсь, что перечитывать книги – в корне не мое занятие, я точно знаю какую книгу я хочу получить на День Рождения/Новый год/восьмое марта и готова предоставить друзьям внушительный список книжного виш-листа. Поэтому книжные сюрпризы в моей жизни исключены. Поэтому-то я и была поражена до глубины души, прочтя эту книгу. Книгу, которую я бы и за книгу никогда не посчитала. А теперь пересмотрела свое отношение в корне и могу сказать одно – читайте! Обязательно читайте, если вдруг появится возможность! Обязательно.

Comments

( 2 заявки — Оставить заявку )
anothervictoria
Jan. 27th, 2017 05:47 pm (UTC)

Давно о ней слышала. Обязательно прочитаем. Спасибо

neosonus
Jan. 28th, 2017 03:21 pm (UTC)
Не за что) До сих пор удивляюсь, как я не натолкнулась на нее раньше. Оказывается так много упоминаний и рецензий.
( 2 заявки — Оставить заявку )