?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Кёльнер Иногда самое настоящее сокровище человек находит совершенно случайно. Иногда его новоявленный владелец даже не подозревает о ценности своего приобретения. И в моей жизни такое случалось неоднократно. Например, когда-то я купила «Улисса» только потому, что в книге 992 стр. (это были те далекие времена, когда я читала книги сразу после прочтения, и соответственно выбирала побольше и потолще).  И только после того, как я принялась за чтение и полезла в интернет узнать об авторе, оказалось, что в моих руках мировой шедевр. Так произошло и в этот раз. Я заказала в библиотеке книги по работе. И чтобы скоротать время до получения заказа, взяла в читальном зале последний номер «Иностранки».  Я открыла первую страницу и прочла «Фридрих Кельнер «Одураченные» Из дневников 1939-1945». Думаете, мне что-то это сказало? Абсолютно ничего. Я попыталась найти хоть какую-то крупицу информации об авторе, заглянула в конец дневника, поискала в начале. И убедившись, что в журнале нет никаких биографических или исторических справок, начала читать. Просто читать. Не подозревая о том, что на этой тонкой газетной бумаге самый долгожданный перевод самого невероятного, смелого, ценного дневника времен Второй Мировой войны.


Если бы я прочла сначала об авторе, или о самих дневниках, если бы я знала, что этого перевода ждали в нашей стране вот уже более полувека, что на самом деле, полноценного перевода до сих пор не существует, но вот, наконец, появились эти свежие, буквально вчера опубликованные отрывки… Если бы я знала судьбу этих дневников, удивительную историю человека, который их написал, и знала, что мне фантастически повезло прочесть эти строки – я бы вцепилась в этот номер «Иностранки» мертвой хваткой. Я бы вчитывалась в каждое предложение… Я бы не ушла сегодня из библиотеки, не дочитав эти потрясающие по своей ценности воспоминания. Но я не знала. Я прочла несколько страниц, получила свой заказ, поработала пару часов, сдала книги и вернулась к дневникам. Прочла еще несколько десятков страниц, подумала, что 5 часов в библиотеке более чем достаточно, и что, в конце концов, можно будет дочитать в следующий раз. Я со спокойной душой сдала журнал и уже отправляясь домой, подумала – какие все-таки интересные дневники! Надо будет обязательно почитать об авторе.

Да. Сегодня я прочла лишь 50% этого документального материала. Но молчать, и ждать следующего похода в библиотеку я не могу. Меня распирают мысли и эмоции. Так что изменю своему неписанному правилу и буду писать о недочитанном. Ita sit.

«Как можно вести и выиграть войну с фактически порабощенным народом?» - написал Фридрих Кельнер в 1939 году, когда Гитлер только начинал свое триумфальное шествие по Европе. Август Фридрих Кельнер был не просто инспектором правосудия в немецкой глубинке, как скромно написали о нем на сайте «Иностранной литературы», он был видным политическим деятелем, организатором социал-демократической партии Германии, он был тем, кто посмел открыто осудить «Хрустальную ночь». Он понимал всю опасность нового режима, перевез семью в маленький городок, получил скромную должность и по возможности стал контролировать свои резкие обличительные замечания. Но равнодушно наблюдать, молчать, смириться, согласиться или игнорировать происходящее вокруг он не мог.

И его дневники доказывают это. Эти записи похожи на крик. Возмущенный, несдержанный в выражениях, переполняемый злостью крик. Это немой протест, это внутренняя попытка достучаться, докричаться до ослепших людей вокруг. Людей, которые допустили Гитлера к власти, которые безоговорочно верят ему и которые допустили Вторую Мировую войну. «Кто виноват? Народ без мозгов! Попрать демократию и отдать власть над почти 80 миллионами граждан одному человеку столь ужасно, что меня невольно охватывает дрожь».

Кельнер неистовствует.  Его поражает  близорукость окружающего общества. «Задурили мозги», «отучили думать», «заморочили» голову, «безумное легкомыслие», «непонятная доверчивость», «бюргерская мягкотелость» - это не полный перечень эпитетов в адрес своих соотечественников. Порой он буквально выходит из себя. В 1941 году он пишет – «масса названная «народом», - отвратительная куча дерьма». Но Кельнер не просто критикует, он анализирует, строит прогнозы, постоянно обращается к историческому прошлому Германии, которое наглядно показывает ошибочность действий НСДАП. Кельнер прекрасно видит несоответствия,  откровенную ложь, стереотипы, оковы, в которых оказался немецкий народ.  «Такой народ не достоин дальнейшего существования» - мрачно пишет он.

Оценки Кельнера Могут показаться слишком резкими, не справедливыми. Но с другой стороны, кто еще может позволить себе так говорить о своей нации, как не один из ее представителей. Это тот сорт критики, который можно позволить лишь по отношению к себе, беспощадно и без прикрас. И замечания, метафоры Кельнера, если задуматься, очень точные, меткие. «Народ наш подобен стаду, которое ведут на скотобойню. Он не осознает ни своей силы, ни своего бессилия…».  Какие мудрые слова. Сколько раз люди задавались вопросом – неужели большинство не могло остановить меньшинство, одну партию, одного человека? Сила в единстве. Но ведь, в самом деле, они были бессильны. Бессильны в своей слепой вере, безоговорочной вере в прекрасное будущее, которое им пообещали. И вот записи дневника пополняются категоричным, беспомощным возгласом – «От тупости вкупе с трусостью приходишь в отчаянье…».

Кельнер испытывал страх за свою страну, он переживал за свой народ, он был возмущен тем беспределом, что творился на улицах его города. Он наблюдает, следит, делает выводы для себя. Его записи содержат много высказываний знакомых, друзей, простых людей, которые доверчиво и бесхитростно радуются успехам Германии, которые уверенны, что война скоро кончится. Наблюдая и сравнивая, Кельнер понимает, что все сводится к двум причинам. «Одни делают это потому, что рассчитывают извлечь для себя или своих детей какие-то выгоды, другие – из-за слабости характера и нежелания «плыть против течения». Но это понимание, весьма точное, надо заметить, не приносит ему успокоения. Да и можно ли было успокоиться, когда его страна оказалась втянутой в мировую войну (а он понимает это еще в 1939). «Взирая на этот народ, хочется выть».

Кельнер пишет обо всех событиях, разворачивающихся на международной арене. Не делая различий, он одинаково суров в оценке поведения всех мировых держав. Он не понимает, как Франция, Россия, как Англия не замечают очевидных вещей. Он часто приводит цитаты из «Майн кампф», которые наглядно демонстрируют цели Германии, ее внешнеполитический курс. Т.е. не нужно быть семи пядей во лбу, не нужно было быть знакомым со всеми под коверными интригами, гадать над планами, пытаясь понять противника. Нужно было всего лишь прочесть одну единственную книжку. Вот и все. Кельнер предрекает поражение, когда войска Гитлера еще даже не начали активных военных действий. Он пишет так точно, метко, поражаешься его проницательности и уму. «Тот кто одержим духом предпринимательства, - пишет Кельнер об Англии – не имеет идеалов, обречен на поражения». Он говорит об архиглупости России, об очевидности лживости пакта о ненападении. Порой сдабривая свои мысли черным юмором. Так он пишет о министре иностранных дел – «Нобелевскую премию мира ему за это, пожалуй, не получить».  Мрачный юмор, но вполне уместный в данном контексте.

Когда я читала дневники, меня поражало насколько современным, знакомым языком они написаны. Я просто не могла поверить, что они действительно написаны в 1939-1945 годах. Кажется, это слова сегодняшнего политолога, современного ученого, уже знающего, чем все закончится. Это поразительно, насколько Кельнер был дальновидным, проницательным человеком. Очень часто, сталкиваясь с категоричными, максималистскими выражениями, я замечала, что автор ограниченный человек, смотрит на вещи лишь с одной стороны, не способен встать на сторону оппонента. Но Кельнер совсем не такой. Его здравомыслие не позволяет пускаться в одну лишь критику и негативные оценки. Когда закончилась война, в мае 1945 года он пишет: «Некоторые иностранцы утверждают в эфире, что вина за порядки в концлагерях ложится на весь немецкий народ. Такую оценку я нахожу несправедливой и протестую против нее». Общеизвестно, что после Второй Мировой войны мир действительно, смотрел на немецкий народ как на нацию агрессоров и завоевателей. И только потом стали разграничивать «немца» и «фашиста». Кельнеру не потребовалось для этого философский дискуссий и долгих раздумий, он просто это понимал, он «не видел логики в обвинении всего народа».  Он писал о своем народе не с точки зрения судьи, он писал о «духовной нищете», которая стала причиной безмерной доверчивости…

Да, не так много книг цепляют меня настолько сильно. Не так много авторов поражают меня точностью своих суждений. Не так много книг оказываются алмазом среди тысячи других об этой войне. Не так давно я писала о Б. Келлермане и его попытке показать глазами свидетеля все происходившее тогда в среднестатистическом немецком городке. Сейчас я понимаю, что «Пляска смерти»  - лишь художественное произведение. Не более. А жизнь, настоящая жизнь в нацисткой Германии, оказалась здесь, на страницах дневника Фридрих Кельнера, затерявшегося в гористой местности земель Гессена.

Comments

( 8 заявки — Оставить заявку )
sandy_cat
Nov. 1st, 2014 04:12 pm (UTC)
Большое спасибо, обязательно нужно почитать!
neosonus
Nov. 2nd, 2014 07:03 am (UTC)
Не за что) Рада, что пригодилось!
van_electric
Nov. 2nd, 2014 04:56 am (UTC)
Да-да, согласен с песчаной кошкой. Келлермана я уже скачал, нужно поискать и Кельнера.
neosonus
Nov. 2nd, 2014 07:04 am (UTC)
Вряд ли он так быстро появится в электронном варианте. Ведь перевод только-только вышел в печатном. Так что есть повод сходить в библиотеку:)
van_electric
Nov. 2nd, 2014 07:24 am (UTC)
Тоже вариант. Уже очень давно в националке не был :)
ros360
Nov. 4th, 2014 02:36 pm (UTC)
Духовная нищета как причина доверчивости к проходимцам - это интересная мысль. Проблема в том, как по-другому выйти из этого состояния. Откуда взять духовность, когда её нет?
neosonus
Nov. 5th, 2014 10:15 am (UTC)
Да, меня тоже эта мысль заинтересовала. Но мне трудно ответить на этот вопрос. Ведь получается, если следовать мысли автора - духовность прямо пропорциональна политическому режиму. Может ли это означать, что смена режима ведет к новым возможностям духовного развития?
Задумываешься дальше - а возможно ли преодолеть духовную нищету в принципе? Например, после распада СССР многие историки, социологи и проч. рассуждали о том, что сознание, восприятие советского человека слишком долго находилось в рамках, что железный занавес и жесткая цензура обедняли нашу культуру. И что же в итоге? Можно ли сказать, что сейчас мы преодолели это состояние?...
aprilpowers
Dec. 16th, 2014 07:38 am (UTC)
духовность только от духа и берётся. если её нет, то и взять неоткуда. уже поздно
( 8 заявки — Оставить заявку )